Что делать при тяжёлой травме головы и повреждении мозга после производственной травмы или ДТП?

Что делать после тяжёлой травмы головы в аварии? Чем различаются травмы головы в производственной травме и в ДТП?

Он вернулся домой после аварии, но на самом деле не вернулся. Его выписали из приёмного отделения через шесть часов с бумагой, где написано «лёгкая травма головы, КТ головного мозга в норме, рекомендован покой», без перелома черепа и без кровоизлияния. Он ходит, говорит, водит машину, отвечает на звонки. И всё же на второй неделе вы слышите, как говорите на кухне тихо фразу, которую говорит себе каждый член семьи пострадавшего с травмой головы: это не он.

Он забывает разговоры, которые были час назад, и срывается на детей из-за пустяка. Сидит за компьютером на работе и не может закончить задачу, которая раньше занимала двадцать минут. Вы рассказываете об этом семейному врачу, а он поднимает бровь и говорит, что снимок в норме. И здесь начинается настоящая проблема: главная ошибка в таких делах это предположение, что если снимок в норме, то вреда нет. Это медицинская ошибка, и это же юридическая ошибка, которая губит дела на миллионы. Травматическое повреждение мозга (Traumatic Brain Injury, TBI) это повреждение на клеточном и аксональном уровне, и чаще всего оно не видно на обычном КТ.

Эта статья посвящена именно такой травме, которую в судебной практике и в медицинской литературе называют «невидимой травмой». К концу чтения вы будете знать, почему семья замечает вред раньше врачей, чем отличается сотрясение мозга, которое проходит, от повреждения мозга после аварии, остающегося на всю жизнь, как распознать травму головы в ДТП, даже когда на снимке ничего нет, как построить доказательную базу для инвалидности, которая не видна ни на одном снимке, и из каких видов ущерба складывается компенсация за тяжёлую травму головы порядка миллионов шекелей.

Случай: 41 год, удар по голове и нормальное КТ, закрывшее дело до его открытия

Приведённые ниже данные основаны на реальных случаях, которые каждую неделю рассматриваются в судах Израиля, в обобщённом виде и без номера дела, чтобы не идентифицировать того, кто не хочет быть узнанным. Картина, к сожалению, повторяется почти слово в слово.

А., мужчина 41 года, руководитель по эксплуатации на заводе, женат, отец троих детей. Его брутто-зарплата за год до аварии: 14,200 шекелей в месяц. Одним зимним утром он въехал на перекрёсток, и автомобиль ударил в водительскую дверь на скорости около 50 км/ч. Голова ударилась об подголовник, а затем о стойку двери. Он не потерял сознание, или, по крайней мере, не помнил, что терял, и в приёмном отделении сделали КТ головного мозга: в норме, и в тот же день его выписали.

Через три недели он вернулся на работу. Через два месяца генеральный директор пригласил его на разговор и сказал, что он делает ошибки, которых раньше не делал. Через пять месяцев его перевели на другую должность, а через одиннадцать месяцев уволили. В контору позвонила его жена, а не он. Она сказала мне две вещи, которые я слышу постоянно: «все говорят мне, что он выглядит совершенно нормально» и «я чувствовала, что схожу с ума, потому что это вижу только я».

И сам А. думал ровно то, что думает большинство пострадавших, перенёсших травму головы в ДТП: что у него нет дела. Что в приёмном отделении написано «лёгкая травма головы», что снимок в норме и что у него есть только жалобы, и он ошибся. Возможно, у него произошла травматическая черепно-мозговая травма вследствие аварии без видимой находки, но она оставила обширные функциональные последствия. После восьми месяцев процесса, двух экспертов, назначенных судом, и полного нейропсихологического обследования ему была определена взвешенная медицинская инвалидность 44% и функциональная инвалидность 55%. А чтобы вы поняли, чего стоит такое положение в суде, далее в статье я приведу реальное дело, с номером дела и именем состава суда, в котором пострадавшая с травмой головы, чей снимок выглядел лёгким, получила 4,840,043 шекелей.

Механизм травмы: что именно происходит с мозгом за долю секунды удара

Чтобы понять, почему снимок в норме, а вред настоящий, нужно понять, что происходит физически: мозг не прикреплён к черепу, он плавает в спинномозговой жидкости. При травме головы в ДТП голова проходит резкое ускорение и торможение, и когда череп останавливается, мозг продолжает двигаться, отсюда три характерных повреждения. 1. Повреждение удара и противоудара (Coup, Contrecoup), то есть ушиб в точке удара и ещё один ушиб на противоположной стороне мозга, когда он ударяется о внутреннюю стенку черепа. 2. Диффузное аксональное повреждение (Diffuse Axonal Injury, DAI), при котором силы сдвига растягивают и разрывают тонкие нервные волокна, соединяющие области мозга. 3. Каскад биохимических процессов в часы и дни после травмы, включающий выделение воспалительных медиаторов и нарушение нервной передачи.

Обратите внимание на критический момент: DAI это повреждение диаметром в микроны, рассеянное по миллионам волокон, а КТ головного мозга выявляет кровь, перелом и отёк. Он не выявляет растянутое нервное волокно. Поэтому нормальное КТ после травмы головы не означает, что повреждения мозга после аварии нет, а означает лишь, что нет кровоизлияния или перелома, требующих срочной операции. Это два совершенно разных утверждения, и суды в Израиле хорошо поняли это различие.

Есть и анатомическая причина, по которой меняется именно личность. Самые уязвимые при ускорении и торможении области это лобные доли (Frontal Lobes) и височные доли (Temporal Lobes), расположенные напротив неровных костных поверхностей. Лобная доля это центр исполнительных функций: планирование, сдерживание импульсов, гибкость мышления, регуляция эмоций. Повреждение там не нарушает память на имена детей или способность водить машину. Оно нарушает способность планировать, сдерживаться и организовываться. Поэтому первый показатель возникновения вреда это не снимок, а поведение дома.

Сотрясение мозга, которое проходит, и стойкое повреждение мозга: где проходит граница

Сотрясение мозга (Concussion) это лёгкая форма травматического повреждения мозга. Подавляющее большинство пострадавших от него выздоравливают: симптомы затихают в течение двух недель или трёх месяцев, и жизнь возвращается в прежнее русло. Это медицинская правда, и важно сказать её честно.

Но у немалой части пострадавших симптомы не затихают, а закрепляются. Это состояние называется в литературе постконтузионным синдромом (Post Concussion Syndrome, PCS), и когда состояние длится больше года, это уже не «синдром медленного выздоровления», а постоянная нейрокогнитивная инвалидность. В таких случаях выясняется, что речь идёт о повреждении мозга после аварии, которое не проходит само.

Практическое различие, которое решает дело, опирается на четыре признака. 1. Временная ось, то есть затихают ли симптомы или закрепляются на протяжении 12 месяцев и более. 2. Характер симптома: головная боль, которая проходит, в отличие от нарушения способности обрабатывать информацию и рабочей памяти. 3. Фактическое функционирование: снижение в должности, увольнение, бросание учёбы, прекращение езды ночью. 4. Свидетельство того, кто живёт с пострадавшим, которое является одним из самых сильных доказательств в этой области, и сейчас я объясню почему.

И здесь объяснение явления, с которым я сталкивался в десятках дел: семья замечает раньше врачей. Врач видит пострадавшего в тихой комнате, семь минут, на закрытые вопросы. Он не видит, как тот пытается приготовить пятничный ужин, выполняя семь задач одновременно, или справляться с двумя кричащими детьми. Сам пострадавший, и это известный клинический признак повреждения лобной доли, меньше сообщает о нарушении, потому что ему трудно оценивать себя. Поэтому сообщение мужа или жены это не «эмоции» и не «преувеличение», а самый чувствительный клинический инструмент из существующих. В литературе это называется сообщением информанта, и лучшие эксперты строят на нём свои выводы.

Как доказать инвалидность, не видимую на снимке: нейропсихологическое обследование

Тот, кто хочет доказать повреждение мозга после аварии без находок на снимке, должен сменить инструмент измерения. Вместо поиска вреда в структуре мозга измеряют отдачу мозга, и это именно нейропсихологическое обследование.

Речь идёт о диагностике на четыре-восемь часов, обычно в два приёма, которую проводит клинический нейропсихолог. Стандартизированными инструментами он измеряет скорость обработки информации, устойчивое и распределённое внимание, рабочую память, вербальную и зрительную память, исполнительные функции, вербальную беглость и мелкую моторику. Результаты сравнивают с нормами по возрасту и образованию, и это решающий этап: человек со степенью магистра и руководящей должностью, получивший «средний» балл в тесте внимания, может находиться на два стандартных отклонения ниже своего уровня до аварии.

Ещё две вещи делает обследование, и они превращают его в доказательство, которое трудно оспорить. Во-первых, оно включает показатели усилия и достоверности (Performance Validity Tests), призванные выявлять преувеличение. Когда показатели достоверности в норме, а когнитивный профиль нарушен, рушится основа распространённого утверждения страховых компаний, что пострадавший «преувеличивает жалобы». Во-вторых, полученный профиль должен соответствовать механизму, то есть отражать лобное и височное повреждение, а не рассеянную картину, лишённую анатомической логики. Именно такое соответствие убеждает эксперта, назначенного судом.

Помимо нейропсихологического обследования существует передовая визуализация, которая может показать то, что КТ упускает: МРТ в специальных режимах, в частности DTI (Diffusion Tensor Imaging), проверяющая целостность путей белого вещества. Такая визуализация не является рутиной в больничных кассах и не является условием для доказательства дела, но когда она демонстрирует повреждение путей, она добавляет в дело очень сильную объективную опору.

Правовая основа: почему дело о травме головы строится иначе, чем любое другое

Иск по поводу травмы головы в ДТП ведётся по закону о компенсации пострадавшим в ДТП (פלת״ד), 1975 года. Это режим полной ответственности: статья 2(а) закона возлагает на пользователя автомобиля обязанность компенсировать пострадавшему, и не нужно доказывать небрежность. Не нужно показывать, кто виноват, не нужно доказывать скорость, а виновность самого пострадавшего не является доводом страховой компании, за исключением определённых в законе случаев. Борьба почти всегда идёт за вред, а не за ответственность, и в вопросе вреда путь особый. По Правилам о компенсации пострадавшим в ДТП (эксперты), 1986 года, стороны не подают собственные медицинские заключения как обычное дело. Медицинского эксперта назначает суд. Это означает, что ходатайство о назначении эксперта это критический момент в каждом деле о травме головы: если назначен только невролог, дело уже наполовину проиграно, потому что невролог проверит рефлексы и найдёт нормальное неврологическое обследование. Дело о TBI требует, почти без исключения, комбинированного назначения как минимум в двух областях: неврологии, а также психиатрии или нейропсихологии, а иногда и реабилитации или даже оториноларингологии из-за головокружений и нарушения равновесия.

Определение процентов инвалидности производится по критериям инвалидности в приложении к правилам Национального страхования (определение степени инвалидности пострадавшим на производстве), 1956 года. Когнитивное и поведенческое нарушение рассматривается главным образом по пункту 34, который касается нарушений в психической сфере и их влияния на способность функционировать, а рядом с ним глава о заболеваниях нервной системы. Важно понимать: пункт 34 измеряется не тем, насколько больно, а тем, насколько функционально, и именно там деньги.

Ещё один правовой момент, решающий в таких делах, это различие между медицинской инвалидностью и функциональной инвалидностью. Медицинская инвалидность это число, которое определяет эксперт. Функциональная инвалидность это определение суда о степени нарушения фактической способности зарабатывать, и она может быть выше медицинской. При повреждении мозга это происходит часто, потому что 30% когнитивной инвалидности могут полностью лишить руководителя, программиста или профессионального водителя возможности работать по специальности. Окружной суд Тель-Авива, судья Элиягу Бахар, сформулировал это в деле гражд. иск (ת״א) 1640-09 ясными словами: «тенденция судебной практики состоит в том, чтобы у пострадавших с травмой головы увеличивать процент функциональной инвалидности сверх установленного процента медицинской инвалидности».

Виды ущерба: из чего складываются 4,840,043 шекелей в реальном деле

Виды ущерба: из чего складываются 4,840,043 шекелей в реальном деле
Это та часть, которую семьи просят объяснить прежде всего, и справедливо. Эти иски нужны, чтобы исчерпать компенсацию за тяжёлую травму головы и обеспечить экономическое будущее пострадавшего. И чтобы не говорить об оценках, вот разбор из реального судебного решения: гражд. иск 1640-09, Окружной суд Тель-Авива, судья Элиягу Бахар, «Пелонит» против «Ха-Пуль» (фонда страховщиков). Инженер-программист 30 лет, пешеход, сбитая мотороллером. На визуализации были обнаружены небольшие внутричерепные кровоизлияния, травма определена как средняя, и всё же остались нарушения памяти, внимания и концентрации, вместе с депрессией и тревогой, и вот виды присуждённого ущерба:

1. Потеря способности зарабатывать в будущем: 2,743,372 шекелей. Это самая большая статья в любом деле о травме головы у человека трудоспособного возраста, и именно она оправдывает все усилия по доказыванию функциональной инвалидности. Обратите внимание, что она присуждена исходя из функциональной инвалидности 50%, тогда как взвешенная медицинская инвалидность составляла всего 43%.
2. Потеря заработка в прошлом: 1,139,960 шекелей, за период между аварией и датой судебного решения. Эта статья ущерба доказывается расчётными листками, формами 106 и документами работодателя, а не заявлениями.
3. Потери пенсии и социальных прав: 466,000 шекелей. Статья ущерба, о которой часто забывают, и она является прямым производным потери заработка. Кто не требует её прямо, просто её не получает.
4. Помощь третьего лица, в прошлом и в будущем: 390,000 шекелей. При повреждении мозга не всегда нужна физическая сиделка, но нужно то, что называется надзором и организацией: кто напоминает о лекарствах, кто ведёт расписание, кто останавливает поспешное финансовое решение. В судебной практике признана компенсация за помощь, оказываемую членами семьи, даже когда за неё фактически не платили, см. гражд. апелл. (ע״א) 61/89 государство Израиль против Айгера.

Остаток суммы, около ста тысяч шекелей, присуждён по другим статьям ущерба, и в итоге суд определил ущерб в 4,840,043 шекелей. И обратите внимание на самый важный факт в этом решении: речь идёт о пострадавшей, которая продолжала ходить, говорить и выглядеть здоровой, чья визуализация не показала драматичной находки, и тем не менее ей присуждена компенсация за тяжёлую травму головы на сумму около пяти миллионов шекелей.

Что сделало это дело таким, какое оно есть? Не снимок, а разрыв между той, кем пострадавшая была, и той, кем осталась. Инженер-программист живёт за счёт способности концентрироваться, рабочей памяти и решения сложных задач, и поэтому неврологическая инвалидность 20% и психиатрическая инвалидность 40% у такого человека не просто ухудшают качество жизни, они стирают профессию.

И наконец вычеты, которые порой составляют разницу между большим судебным решением и маленьким чеком. Из суммы компенсации вычитаются выплаты Национального страхования по той же аварии в соответствии со статьёй 82 Постановления о деликтах и принципами вычета. В деле гражд. иск 1640-09 выплаты Национального страхования не вычитались вовсе, и поэтому присуждённая сумма это и полученная сумма. Напротив, в деле гражд. иск 44395-07-15, где ущерб определён в 6,939,428 шекелей после вычета способствовавшей вины, были вычтены выплаты Национального страхования порядка 4.6 миллиона шекелей. Поэтому правильное ведение дела в Национальном страховании параллельно с иском против страховщика это неотъемлемая часть дела, а не приложение к нему. В случаях, когда событие признано травмой головы в производственной травме, ведение процесса перед Национальным страхованием оказывает прямое и решающее влияние на размер вычетов из деликтной компенсации. В случаях тяжёлой катастрофы на рабочем месте сопровождение адвокатом по смертельным производственным травмам необходимо, чтобы обеспечить реализацию прав семьи перед всеми инстанциями.

Другие судебные решения, которые стоит знать: телесные повреждения и травмы головы в ДТП

Гражд. апелл. 140/00 наследство покойного Михаэля Эттингера против Компании по восстановлению и развитию Еврейского квартала. Это решение, признавшее в Израиле статью ущерба «потерянные годы», то есть право на компенсацию за потерю заработка в годах, которых пострадавший лишился. При тяжёлых травмах головы это не теоретический вопрос: когда повреждение мозга сокращает продолжительность жизни или когда пострадавший умирает в ходе процесса, именно принцип Эттингера не позволяет страховщику извлечь выгоду из смерти. Отличие от дела, описанного в статье, в тяжести травмы: там речь шла о вреде, сократившем продолжительность жизни, а здесь о вреде, оставляющем пострадавшего в живых, но без способности зарабатывать.

Гражд. апелл. 10064/02 «Мигдаль» страховая компания против Рим Абу Хана. Установлено, что база заработной платы для расчёта потери заработка пострадавшего несовершеннолетнего рассчитывается, как правило, исходя из средней зарплаты в экономике, а не по происхождению, сектору или данным окружения. Это ключевой принцип при травмах головы у детей и подростков, у которых когнитивный вред выявляется лишь спустя годы, в школе, и нет никакой истории заработка, за которую можно ухватиться. Особенность по сравнению с нашим случаем: у взрослого есть расчётный листок, по которому можно доказывать, у ребёнка нет ничего, кроме принципа.

Гражд. апелл. 357/80 Наим против Барды. Основополагающее решение в праве о возмещении, установившее принцип возвращения положения в прежнее состояние и обязанность оценивать будущий вред, даже когда он связан с неопределённостью. В делах о TBI это главная опорная точка, потому что любой довод защиты в этих делах опирается на неопределённость, на вопрос, что было бы без аварии и что вносит вклад в нынешнее состояние. Судебная практика учит, что неопределённость не основание для нулевой компенсации, а основание для осторожной оценки.

Помимо этого, в израильской судебной практике существует богатый массив решений окружных судов по делам о повреждении мозга, в которых визуализация была нормальной, а компенсация присуждена на основании нейропсихологического обследования, свидетельств семьи и документов о трудовой деятельности. Общее для всех то, что дело строилось от функционирования внутрь, а не от снимка.

Дополнительные источники компенсации, на которые имеет право пострадавший с тяжёлой травмой головы

Пострадавший с травмой головы снаружи выглядит здоровым, и именно поэтому комиссии и страховщики занижают его больше всех. Тот, кто входит в медицинскую комиссию Национального страхования на своих двоих, хорошо говорит и отвечает на вопросы, нередко выходит из неё с гораздо более низкими процентами, чем оправдывает его состояние. Поэтому первое правило для пострадавших с травмой головы: не идти ни в какую комиссию без нейропсихологического обследования на руках. Если авария произошла на работе или по пути на работу и с работы, речь идёт о травме головы в производственной травме, и путь это путь пострадавших на производстве, который даёт пособие по травме (דמי פגיעה) на период нетрудоспособности, а после него пенсию или единовременную выплату по степени инвалидности. Если нет, путь это общая инвалидность, которая проверяет неспособность зарабатывать, а не только проценты.

Травма головы, не видимая снаружи, требует строить иск о тяжёлом повреждении мозга и подготовку к медицинской комиссии Национального страхования на одном основании: нейропсихологическая документация и свидетельства домашних, чтобы проценты отражали то, что происходит на самом деле.

Два дополнительных пути в Национальном страховании почти всегда забывают у пострадавших с травмой головы. Первый это пособие на специальные услуги, которое выплачивается тому, кто нуждается в значительной помощи другого человека в повседневных действиях или в надзоре. Обратите внимание на этот момент: надзор это самостоятельное основание, и когнитивная инвалидность, требующая, чтобы кто-то напоминал, присматривал и предотвращал риск, даёт право ровно так же, как физическая инвалидность. Второй это соглашение о мобильности, актуальное, когда наряду с травмой головы осталось и повреждение конечностей. И здесь без упорядоченного документирования необходимости надзора комиссия видит совершенно самостоятельного на вид человека и ставит ноль.

После Национального страхования проверяют частные страховки, и там находятся деньги, о которых большинство пострадавших с травмой головы не знает, что они их. В каждом пенсионном фонде и в каждой страховке менеджеров есть покрытие на случай потери трудоспособности, и когнитивное повреждение, не позволяющее человеку вернуться к своей профессии, это ровно то основание, даже когда он способен вставать утром и одеваться. Помимо этого есть полисы страхования от несчастных случаев, приложения об инвалидности вследствие несчастного случая в страховках жизни и ипотечное страхование, покрывающее платежи в случае потери трудоспособности. И существенный для дела момент: выплаты по частной страховке типа компенсации, в отличие от страховки типа возмещения, как правило, не вычитаются из деликтной компенсации, и поэтому это деньги, которые накапливаются, а не зачитываются.

Есть и пути для особых обстоятельств: если виновник скрылся, если водитель ездил без страховки или если автомобиль не опознан, адресат это «Карнит» (קרנית), Фонд компенсации пострадавшим в ДТП, и как вы видели в решениях, приведённых в этой статье, против неё присуждали миллионы шекелей именно по травмам головы. Тот, кто пострадал на срочной службе, в резерве или на службе в полиции, будет обслуживаться в реабилитационном управлении министерства обороны, а тот, кто пострадал в результате враждебного акта (פעולת איבה), имеет право на выплаты по закону о выплатах пострадавшим от враждебных актов. В каждом из этих путей повторяется одна и та же ловушка: платящая инстанция видит перед собой ходящего и говорящего человека, и поэтому решающий документ это нейропсихологическое обследование, а не впечатление в кабинете.

И наряду с прямыми деньгами существует целый слой прав, стоящих тысячи шекелей в год. Медицинская инвалидность 90% и выше даёт освобождение от подоходного налога по статье 9(5) Постановления о подоходном налоге, и важно знать, что когнитивная и психическая инвалидность считается там ровно так же, как ортопедическая. Кроме того есть скидка на аронну (муниципальный налог), льгота по налогу на приобретение при покупке квартиры, парковочная карта для инвалидов, профессиональная реабилитация в Национальном страховании для тех, кто вынужден сменить профессию, и реабилитационная корзина в больничной кассе, включающая когнитивную реабилитацию, трудотерапию и эмоциональное лечение. Всё это нужно запрашивать и подавать, никто не звонит и не предлагает.

И наконец, что делать, когда сейчас нет денег. В ДТП можно требовать срочную выплату по статье 5 закона о компенсации пострадавшим в ДТП, то есть выплату в счёт компенсации ещё до окончания процесса, на медицинские расходы, жизненные нужды и помощь. У пострадавшего с травмой головы это особенно критично, потому что он теряет место работы обычно в течение первого года, тогда как само дело может длиться годами. Страховщик обязан ответить на требование в срок, установленный законом, а если отказал или затянул, можно обратиться в суд с соответствующим ходатайством.

Четыре вещи, которые обязательно нужно сделать, и одна ошибка, стирающая дело

1. Документируйте поведение, а не только симптомы. С первого дня ведите короткий дневник в телефоне: дата, что произошло, что не получилось. «Забыл забрать ребёнка», «ушёл с работы раньше из-за головной боли», «сорвался за ужином», три предложения в день. Такой дневник в суде стоит больше десяти общих писем, потому что он создан в реальном времени, а не задним числом.
2. Вносите когнитивные жалобы в медицинскую карту как можно раньше. При каждом визите к семейному врачу прямо просите записать «трудности с концентрацией», «ухудшение памяти», «изменение настроения с момента аварии». Если в карте этого не записано, с точки зрения страховой компании этого не было. Разрыв в год между аварией и первой когнитивной жалобой в карте это любимый довод защиты.
3. Сохраняйте трудовые доказательства. Письмо с оценкой от руководителя, письмо о переводе на другую должность, уведомление об увольнении, расчётные листки до и после. Самое сильное доказательство функциональной инвалидности не медицинское, а экономическое. Доказанное снижение зарплаты или должности делает работу, которую не сделает за вас никакой эксперт. Особенно в случае травмы головы в производственной травме документы работодателя и изменение зарплаты критически важны для доказательства нарушения способности зарабатывать.
4. Привлекайте тех, кто видит вас каждый день. Попросите мужа или жену, родителя или близкого друга написать короткое заявление под присягой, в реальном времени, о том, что изменилось. Не ждите третьего года процесса, чтобы восстанавливать по памяти.

А ошибка, стирающая дела: подпись на расписке о получении и отказе от претензий при раннем предложении компромисса от страховой компании, в первые месяцы, когда ещё кажется, что речь о лёгком сотрясении мозга. Суммы в десятки тысяч шекелей выглядят щедрыми для того, кто уверен, что выздоровеет. Такая подпись блокирует иск, даже если через два года выяснится инвалидность 40%. Пути назад нет, поэтому никаких подписей до того, как медицинское состояние стабилизировалось и до того, как проведено нейропсихологическое обследование.

Известная судебная практика и компенсации при травмах головы: что присуждено на самом деле

Первый вопрос любой семьи: сколько. Единого ответа нет, но реальный диапазон видно в решениях, вынесенных в Израиле по делам о травме головы и повреждении мозга.

гражд. иск 1640-09, окружной суд Тель-Авива, судья Элиягу Бахар, «Пелонит» против «Ха-Пуль». Инженер-программист 30 лет, пешеход, сбитая мотороллером. Средняя травма головы и небольшие внутричерепные кровоизлияния, а вслед за ними нарушения памяти, внимания и концентрации, а также депрессия и тревога. Неврологическая инвалидность 20%, психиатрическая 40% и ортопедическая 5%, взвешенная медицинская инвалидность 43% и функциональная инвалидность 50%. Общий ущерб 4,840,043 шекелей, без вычетов Национального страхования.

гражд. иск 11113-09-15, окружной суд Тель-Авива, судья Арна Леви, «Пелони» против «Карнит». Курьер 16 с половиной лет, пострадавший на мотоцикле без страховки, что было также производственной травмой. Тяжёлая травма головы, потеря сознания более месяца, атаксия и тяжёлое когнитивное нарушение, 100% взвешенной инвалидности. Общий ущерб 12,829,550 шекелей, в том числе помощь третьего лица в будущем 4,746,200 шекелей и в прошлом 1,272,000 шекелей. Из решения: «следует рассматривать истца как полностью утратившего способность зарабатывать».

гражд. иск 11873-02-18, окружной суд Беэр-Шевы, судья Геула Левин, по иску против «Карнит». Ребёнок четырёх лет и восьми месяцев, пострадавший как пешеход от автомобиля. Травма головы и восемь месяцев реабилитации в больнице Левинштейн, неврологическая инвалидность 50% и потеря способности зарабатывать 80%. Общий ущерб 3,745,100 шекелей, а после вычетов 3,695,098 шекелей, из которых заморожено 2,183,542 шекелей в счёт условных пособий с 18 лет и на данном этапе выплачено 1,511,556 шекелей. Из решения: «когда речь идёт о травмах головы, процент медицинской инвалидности не всегда отражает степень функционального нарушения, и бывает, что функциональное нарушение превышает медицинскую инвалидность».

гражд. иск 44395-07-15, окружной суд Центрального округа (Лод), судья Эстер Штамер. Производственная травма: падение с высоты 12 метров с крыши торгового центра, пострадавший 44 лет, обширное кровоизлияние в мозг и полисистемная травма, 100% инвалидности. Общий ущерб 7,304,661 шекелей, а после вычета 5% способствовавшей вины 6,939,428 шекелей, из которых вычтены выплаты Национального страхования порядка 4.6 миллиона шекелей и участие больничной кассы в уходе на сумму 411,804 шекелей. Жене пострадавшего присуждено 965,541 шекелей как косвенно пострадавшей по принципу Эльсухи. Этот тяжёлый случай показывает, насколько разрушительной может быть травма головы в производственной травме и как она влияет на функционирование и на всю семью.

Обратите внимание на разрыв между делами. Во всех речь идёт о повреждении мозга, и всё же суммы колеблются от примерно четырёх миллионов шекелей до почти тринадцати. Объяснение не в силе удара, а в трёх переменных: насколько уменьшилась способность зарабатывать, сколько помощи пострадавшему фактически нужно и сколько вычитается за пособия Национального страхования. О второй переменной, самой большой из всех, в следующей главе.

Учреждение по уходу или лечение дома: фактор, который меняет дело больше всего

При тяжёлой травме головы вопрос, где будет жить пострадавший, это не только семейный вопрос. Это единственный фактор, влияющий на размер компенсации больше всего остального, поскольку он определяет самую большую статью ущерба в деле.

Принцип состоит в том, что компенсация за помощь третьего лица покрывает расходы, ложащиеся на пострадавшего. Когда учреждение по уходу предоставляет полное лечение, не остаётся расходов на лечение, которые несёт пострадавший, и остаются главным образом расходы на сопровождение и визиты семьи. В деле гражд. иск 1764-05, окружной суд Тель-Авива, судья Арна Леви, пострадавший 32 лет с тяжёлой травмой головы остался со 100% инвалидности, и суд установил, что «надлежащее решение для состояния истца, исходя из которого следует присуждать компенсацию, это продолжение его пребывания в учреждении, а не перевод в какую-либо внеучрежденческую структуру». Результат по сопутствующим статьям ущерба: 182,000 шекелей на наставника, 65,000 шекелей на опекунство и 60,000 шекелей на помощь членов семьи, а адаптация жилья и мобильность были отклонены полностью.

Когда пострадавший живёт дома, картина переворачивается. В той же области повреждения, в деле гражд. иск 14602-04-20, окружной суд Тель-Авива, судья Элиягу Бахар, пострадавшая с тяжёлой травмой головы, за которой ухаживали дома с постоянным сопровождением, получила по статье помощи и ухода 4,460,418 шекелей за прошлое и будущее вместе, а также 641,503 шекелей за помощь самих членов семьи. Общий ущерб в том деле определён в 13,211,210 шекелей.

В том же решении был установлен и механизм на будущее: продолжительность жизни истицы оценена до 52 лет, а с этого возраста ей будет выплачиваться периодический ежемесячный платёж в размере 46,597 шекелей. Ежемесячная сумма на помощь и уход составляла там 17,175 шекелей. Это самое ясное доказательство того, что объём лечения и место проживания это денежные параметры, а не только семейное решение.

Страховые компании постоянно утверждают, что если члены семьи ухаживают за пострадавшим добровольно, расходов не возникло и поэтому компенсация не положена, и этот довод отвергался снова и снова. Принцип в деле гражд. апелл. 61/89 государство Израиль против Айгера гласит, что помощь, оказываемая членами семьи, даёт право на компенсацию, даже когда за неё не платили зарплату, и нет никакой уверенности, что такая помощь будет доступна пострадавшему на протяжении всей жизни. В деле гражд. иск 11113-09-15 присуждено за помощь третьего лица 1,272,000 шекелей за прошлое, по 12,000 шекелей в месяц, и 4,746,200 шекелей за будущее, по 15,000 шекелей в месяц. Причинитель вреда не получает скидки за самоотверженность семьи.

Практический смысл: решение о переводе пострадавшего с травмой головы в учреждение по уходу, до того как сформировалось дело и до того как составлено реабилитационное заключение, это решение с денежным значением в миллионы шекелей. Нельзя принимать его, не рассмотрев и этот аспект.

Практический вывод одинаков во всех делах: суд присуждает по тому, что доказано, а не по тому, что заявлено. Семья, ухаживающая дома, должна с первого дня документировать, кто ухаживал, сколько часов и что было заплачено. Ежемесячные суммы, которые вы здесь видели, 12,000 и 15,000 шекелей в месяц в деле гражд. иск 11113-09-15 и 17,175 шекелей в месяц в деле гражд. иск 14602-04-20, не взяты с потолка. Они выведены из объёма помощи, доказанного доказательствами.

Вопросы и ответы

Мой КТ в норме, есть ли у меня всё равно иск по поводу травмы головы?

Да. Нормальное КТ исключает кровоизлияние и перелом, но не исключает травматическое повреждение мозга типа диффузного аксонального повреждения. Доказательство в этих делах опирается на нейропсихологическое обследование, на документирование функционирования с течением времени и на свидетельства близкого окружения. Тысячи дел о TBI в Израиле были удовлетворены именно на такой основе, без находки на визуализации. Если вам сказали, что дела нет, потому что снимок в норме, вы получили ответ, неверный и юридически, и медицински.

У меня была только лёгкая травма головы, я уверен, что у меня это не сработает. Стоит ли вообще проверять?

Да, и фактически именно в этой группе находится большинство хороших дел, закрывающихся до того, как были открыты. Даже А., чья история приведена в статье, был убеждён, что у него нет дела. А в деле гражд. иск 1640-09, где травма определена как средняя и визуализация не показала драматичной находки, пострадавшей присуждено 4,840,043 шекелей. Выражение «лёгкая травма головы» в выписке описывает тяжесть события в момент поступления в приёмное отделение по шкале сознания, а не долгосрочный результат. Проверка в течение часа у адвоката по тяжёлым ДТП, знающего эту область, ничего вам не стоит, а отсутствие проверки может стоить миллионов.

Сколько времени у меня есть на подачу иска, прежде чем я потеряю право на компенсацию?

Семь лет со дня аварии, а у несовершеннолетнего семь лет со дня, когда ему исполнилось 18, то есть до 25 лет. Это срок исковой давности, и это жёсткий барьер. При травмах головы опасность особенно велика, потому что пострадавший и его семья тратят два и три года на попытки «вернуться к себе» и только потом понимают, что состояние постоянное. Не давайте часам идти, даже если вы ещё не решили, подавать ли иск.

Сколько компенсации получают за повреждение мозга в ДТП?

Диапазон очень широк: от десятков тысяч шекелей при низкой инвалидности до миллионов при значительной когнитивной инвалидности, и решающая переменная это нарушение способности зарабатывать, а не тяжесть аварии. Компенсация складывается из боли и страданий, потери заработка в прошлом и в будущем, пенсии, помощи третьего лица и медицинских расходов. Чтобы у вас была числовая опора: в деле гражд. иск 1640-09 пострадавшей 30 лет, с взвешенной медицинской инвалидностью 43% и функциональной инвалидностью 50%, присуждена компенсация в размере 4,840,043 шекелей, и в том деле выплаты Национального страхования не вычитались вовсе.

Мой муж или жена полностью изменились с момента аварии, как доказать такое в суде?

Доказывают в три слоя: текущее документирование повседневных событий, нейропсихологическое обследование, переводящее изменение в числа и стандартные отклонения, и объективные доказательства снижения функционирования на работе или в учёбе. Суд не довольствуется впечатлением, но показания супруга принимает как доказательство, имеющее вес, особенно когда они подкреплены документами, созданными в реальном времени.

Страховая компания предлагает мне компромисс, стоит ли соглашаться?

Не раньше, чем медицинское состояние стабилизировалось и проведено полное нейропсихологическое обследование. Ранние предложения компромисса по делам о травме головы делаются именно потому, что страховщик знает то, чего пострадавший ещё не знает: что когнитивные симптомы, как правило, стабилизируются лишь через 12-24 месяца. Расписка о получении и отказе от претензий, подписанная на раннем этапе, окончательна, и нет способа вновь открыть её, когда вред выясняется.

Кто определяет проценты инвалидности в иске по ДТП и что будет, если эксперт ошибётся?

В иске по закону о компенсации пострадавшим в ДТП медицинского эксперта назначает суд по правилам об экспертах. Можно подать эксперту письменные вопросы для разъяснения, можно вызвать его на перекрёстный допрос, а в подходящих случаях можно просить назначить ещё одного эксперта в другой области. Поэтому ходатайство о назначении, выглядящее техническим, на самом деле является этапом, определяющим размер компенсации, и ошибка в нём обойдётся дороже любой другой ошибки в деле.

Мне определили проценты инвалидности в Национальном страховании, этого достаточно?

Нет, это два отдельных пути, которые нужно вести параллельно. Пенсия или выплата Национального страхования не отменяют иска против страховой компании, но они вычитаются из присуждаемой суммы компенсации. С другой стороны, отказ от иска в Национальном страховании вредит пострадавшему дважды, потому что он теряет ежемесячную пенсию и этим не увеличивает компенсацию. Кроме того, проверьте право по частным полисам, по страховкам менеджеров и по покрытиям потери трудоспособности, поскольку когнитивное повреждение нередко даёт право на отдельную выплату, о которой никто не удосуживается сообщить.

Три вещи, которые стоит вынести из этой статьи

Во-первых, при травмах головы самое сильное доказательство не всегда медицинское. Расчётный листок, письмо об увольнении и ежедневный дневник, который вела жена или муж, порой доказывают вред лучше любого снимка.

Во-вторых, время работает против пострадавшего в двух плоскостях одновременно: исковая давность с одной стороны и растущий документальный разрыв между датой аварии и датой первой когнитивной жалобы с другой. Оба разрыва можно предотвратить, но только в начале.

В-третьих, тому, кому в приёмном отделении сказали, что это лёгкая травма головы, дали информацию о его состоянии в тот час, а не пророчество о его жизни. Травматическое повреждение мозга после аварии может оставить человека стоящим на ногах и лишить его способности работать, вести хозяйство и быть тем, кем он был. Суд признаёт такое состояние и компенсирует его.

Если ваш родственник вернулся после аварии с нормальным КТ, а вы видите дома другого человека, сделайте на этой неделе одно: сядьте и составьте список из десяти конкретных изменений, которые вы замечаете с момента аварии, с датами, насколько вы помните, и пришлите его мне вместе с выпиской из приёмного отделения. Я бесплатно проверю, оправдывает ли картина нейропсихологическое обследование и ходатайство о назначении экспертов, и честно скажу вам, есть ли здесь дело.

 

Не справляйтесь в одиночку, поговорите со мной сегодня, избегайте лишних ошибок, и мы немедленно начнём продвигать ваш иск.

С уважением,
команда адвоката Бено Гликмана - сопровождение до получения компенсации
Мы боремся за вас против страховых компаний и Национального страхования